Военная медицина катастроф

8 апреля 2010 10:00

Виктора Панковского призвали в армию осенью прошлого года. Он попал в в/ч № 22966 ЛенВМБ в Ломоносове, служил матросом на Ленинградской военно-морской базе. Но не прошло и трех месяцев с начала его службы, как в прокуратуру ВМФ пришло заявление: Панковский обратился с жалобой на командование своей части и бездействие военных врачей. В своем заявлении матрос рассказал, как он оказался в госпитале и как уже на больничной койке остался фактически без медицинской помощи.

Солдат-срочник объявил голодовку на больничной койке

Виктор Панковский

Попал в армию, очнулся — гипс

Злоключения Виктора Панковского начались в конце декабря 2009 года. События разворачивались стремительно, день за днем. 25 декабря врач-невролог, обследовавший военнослужащего в санчасти, выявил у него нарушения работы пояснично-крестцового отдела позвоночника и сказал, что требуется срочная госпитализация. Но направления на госпитализацию не дал, а на слова матроса руководство части не отреагировало.

На следующий день, 26 декабря, Виктора и еще одного матроса, проходящего, как и Панковский, срочную службу, руководство части отправило на частную пилораму, находившуюся в 15 минутах езды от места службы по Гостилицкому шоссе. Военные выделили для поездки служебную машину. На пилораме Виктора и его коллегу встретили рабочие-мигранты, которые там живут и трудятся. Матросов сначала заставили грузить в служебную машину большие брезентовые мешки с опилками. Потом они таскали тяжелые шлакоблоки. Когда работа была окончена, парней отвезли на свиноферму рядом с частью — там они выгрузили мешки с опилками, привезенные с пилорамы.

А уже 28 декабря Виктор Панковский был госпитализирован с острой болью в спине и высокой температурой в Первый военно-морской клинический госпиталь на Старо-Петергофском проспекте. Через несколько дней у него начала подволакиваться нога — острая боль не позволяет вставать на нее до сих пор. Виктор ждал врачебной помощи до 8 января, но военные медики дружными рядами отправились на новогодние праздники. Вернувшись с каникул, заведующий отделением сообщил, что матросу предстоит операция. Хотя к тому моменты Панковский не прошел никаких обследований. Матрос покинул госпиталь и вернулся туда 19 января в сопровождении матери.

Люди в черных халатах

После очередного осмотра врачи сказали военнослужащему, что это радикулит, а по радикулиту не комиссуют. Парень объявил на несколько дней сухую голодовку, общественная правозащитная организация «Солдатские матери», куда обратилась его мама, уговорила молодого человека хотя бы пить воду. Сейчас он уже не может спать, его преследуют кошмары. Виктор написал очередное заявление с просьбой провести подробное обследование позвоночника, но его отправили на освидетельствование в 442-й Окружной госпиталь на прием к старшему ординатору врачу-психиатру Александру Аргадяеву. Который осмотрел Виктора и только накричал — нечего, мол, жаловаться! Хотя, по словам матери Панковского, искривление позвоночника у ее сына видно невооруженным глазом.

— Это последствия родовой травмы, мы его лечили, но, видимо, не слишком удачно, — рассказывает Татьяна Павловна. — У нас, в Казахстане, сына не брали в армию по состоянию здоровья, поэтому, когда он поехал в Петербург ухаживать за парализованным дедушкой, я не очень беспокоилась — была уверена, что российские врачи не хуже, чем в Казахстане. Но не успел Виктор получить гражданство, как его в два счета признали годным и призвали в армию. Это уму непостижимо — у нас в Казахстане в армию больных не берут, хоть ты денег пообещай, а тут почти инвалида призывают! Что же это за врачи такие?

Медики из 442-го госпиталя — не единственные, в чьей квалификации и профессионализме сомневаются военнослужащие и их родители. Максим Куцан служил в в/ч 03216 в Зеленогорске. После жестокого избиения дедами попал в Военно-медицинскую академию. Молодого человека подлечили, но не комиссовали, а оставили при академии в качестве бесплатной рабочей силы. Хотя лечащие врачи в один голос объясняли Максиму, что сделали это, исключительно чтобы спасти парня от возвращения в часть, где его искалечили. Теперь Максим ухаживает за больными, ассистирует на операциях, помогает делать ремонт — работает по 12 часов в сутки без оплаты, только за больничную похлебку.

В один из дней больничная тележка, на которой везли пациента в операционную, проехала по ноге Максима. Рентгеновский снимок, сделанный тут же, не показал ничего опасного, и врачи заявили Максиму, что все рассосется. Но уже пятый месяц нога болит, и не просто болит — уже на 85 процентов потеряла чувствительность. После заявлений, написанных солдатом и его мамой в Министерство обороны, в организацию «Солдатские матери», Максиму стали делать массаж и иглоукалывание — и это притом, что реальный диагноз до сих пор не поставлен. На все вопросы матери врачи отвечают, что он отлежал ногу во сне, и предлагают отправить его домой. Правозащитники и семья Максима продолжают бороться за то, чтобы армия, сделавшая из здорового солдата почти инвалида, для начала оказала ему квалифицированную медицинскую помощь.



Похожие записи:
  1. Реформа военной медицины "по-сердюковски" будет значительно скорректирована
  2. Анекдоты про врачей 10
  3. Токсикология ОВ и защита от оружия массового поражения - Каракчиев Н. И. - 1973 год - 440 с.
  4. Лечение пяточной шпоры
  5. Отдельный медицинский батальон дивизии является отдельной час­тью соединения и предназначен для эв
  6. Первый Европейский конгресс по военной медицине открывается в российском городе-курорте Светлогорс
  7. Военная медицина – что ждет Россию. Профессиональные заболевания военнослужащих



  •